«Русская Реформация»: церковный раскол в России (часть II) - history-thema.com История - от древности до наших дней
кто не знает прошлого - не оценит настоящего ⌚who do not know the past - will not be able to evaluate the present
Главная » Россия » «Русская Реформация»: церковный раскол в России (часть II)

«Русская Реформация»: церковный раскол в России (часть II)

Растущим недовольством в народе против церковных реформ воспользовались придворные противники патриарха Никона. Принципиальный церковный глава и раньше критиковал происходившее с начала воцарения Алексея Михайловича расширение государственных полномочий: учреждение в соответствии с Соборным уложением 1649 г. Монастырского приказа – государственного органа, выполнявшего судебные функции по церковным делам и осуществлявшего фактический контроль над церковными финансами, доходами с церковных земель, передачу части дел, ранее разбиравшихся церковными судами, в ведение светских судов. С началом в 1654 г. очередной войны между Россией и Речью Посполитой царь, выезжая на фронт, фактически поставил Никона во главе правительства, специальным указом присвоив ему титул «Великий Государь», что походило на приравнивание патриаршей особы к царской. Никон и не скрывал своего убеждения, что духовная власть должна быть выше светской.

По влиянием ближайших сановников, возмущенных попытками церкви в лице Никона диктовать волю государственному аппарату, Алексей Михайлович стал отдаляться от амбициозного патриарха. В 1658 г. Никон не был приглашен на торжественный обед по случаю прибытия в Москву грузинского царевича Таймураза. В этот же день царский слуга безнаказанно смог оскорбить во время шествия во дворец боярина, бывшего другом патриарху. В июле 1658 г. царь дважды проигнорировал приглашения патриарха на праздничные служения. Оскорбленный Никон объявил о сложении с себя патриарших полномочий и пешком отправился в принадлежавший ему Воскресенский монастырь в подмосковном селе (ныне – город) Истра. Отречение патриарха от престола было из ряда вон выходящим случаем для православной Руси, и, по русским представлениям того времени, могло навлечь на народ гнев свыше. Однако переоценивший собственный авторитет приниципиальный церковный глава поступил слишком опрометчиво: инициированные им церковные реформы большинству народа казались сомнительными, и каких-либо значительных протестов населения в связи с уходом патриарха не произошло. Чрезмерно понадеялся Никон и на мягкий, привязчивый нрав царя: Алексей Михайлович не стал уговаривать патриарха вернуться на церковный престол, более того, приказал возвратить из далекой ссылки протопопа Аввакума. Желая примирить русское общество, царь даже предложил Аввакуму стать его личным духовником при условии отказа от проповеди следования старым обрядам. Однако фанатичный протопоп категорически отказался идти на любые уступки и после возвращения из Сибири в Москву возобновил обличительные призывы к неповиновению реформам. В 1664 г. по приказу царя Аввакум был сослан далеко на Север – в Мезень, где не только продолжал антиреформенные проповеди на месте, но и расслылал оттуда изъявлявшие духовную поддержку сторонникам старого обряда по всей России.

Старообрядцы отнюдь не дремали, и после добровольного отречения Никона на затворившегося в Воскресенском монастыре бывшего патриарха к царскому двору пошел поток челобитных грамот, обвинявших инициатора реформ во всевозможных нарушениях христианского благонравия. В авангарде старообрядческого движения, помимо Аввакума и подобных ему консервативных священников, стояли представители в том числе самых уважаемых в России боярских родов: Морозовы, Урусовы, князь Иван Хованский. На возвращении к старым обрядам настаивали архимандрит Покровского монастыря Спиридон Потемкин и игумен Златоустовского монастыря Феоктист. Во многие церкви прихожане просто перестали являться на службу, протестуя против нового обряда, в связи с чем священники, даже поддержавшие реформы, были вынуждены проводить служения по-старому.

Однако царь со своим окружением, хотя и отдалил от себя Никона, не желал свертывать имевшие для как осудили старообрядцевнего важное идеологическое значение на международном уровне реформы. В феврале 1666 г. был созван Большой Московский собор, проходивший в два этапа: с февраля по июль 1666 г. и с конца ноября по август 1667 г. Во втором этапе собора, помимо высшего русского духовенства, приняли участие восточные патриархи Паисий Александрийский и Макарий Антиохийский. Собор имел задачей разрешить назревший глубокий конфликт, расколовший российское общество, «расставить все точки над i». Одним из первых его дел стал суд над Никоном, обвиненным в самовольном оставлении патриаршего долга, неуважении к царской персоне и других проступках. В итоге сам зачинатель дела реформ был официально лишен и патриаршего, и епископского сана, низведен до простого монаха и сослан в Ферапонто-Белозерский монастырь на Вологодчине, а уже после смерти Алексея Михайловича переведен в находящийся там же Кирилло-Белозерский монастырь под более строгий надзор. К концу жизни он раскаялся в своей принципиальности, и в частных беседах говорил, что на самом деле не имеет значения, по старому или новому обряду служить, если сама служба искренняя. В то же время собор подтвердил сами реформы. Восточные патриархи, прибывшие из владений Османской империи, конечно, поддерживали их не только потому, что так совершали обряды у них на родине, но и стараясь угодить оставшемуся единственным в мире православному государю, союзом с которым желали упрочить свое положение в условиях, когда их религия оказалась под османским правлением вытесненной из государственной жизни.

Через Большой Московский собор царские власти пытались успокоить российское общество, обрушив опалу на конкретное лицо – Никона, завоевавшего непопулярность своими преобразованиями, но сами эти преобразования, нужные им, сохранить нетронутыми. Обществу как бы давался знак: сами реформы хороши, плох тот, кто первым начал их вводить, пусть и справедливо, и не введение нового обряда само по себе, а бесчестные поступки и провокации фанатиков с обеих сторон провоцируют конфликты и недопонимания. На собор был привезен из Мезени и протопоп Аввакум, где заседатели обратились к нему с увещаниями и призывом обратиться к новому обряду. Аввакум в очередной раз ответил категорическим отказом, и 13 мая 1666 г. его лишили священнического сана, после чего предали анафеме (церковному проклятию) на обедне в Успенском соборе Московского Кремля. В ответ Аввакум произнес анафему на высшее духовенство. Его увезли в Пафнутьев монастырь на территории современной Калужской области России, где он пробыл около года. Возможно, только возмущение многочисленных сторонников старого обряда, в том числе представителей видных аристократических родов, спасло его от скорой казни. В связи с расстрижением Аввакума царь долго пребывал в ссоре с собственной женой, царицей Марией, которая, принимая сами реформы, тем не менее, сочувствовала стоицизму опального протопопа. В конце концов Аввакума вернули в Москву, где поместили в Чудов монастырь Кремля. Там его убеждали признать новый обряд сами патриархи Константинопольской церкви. После очередного отказа Аввакум был бит кнутом как государственный преступник и сослан на столь же необжитый тогда русскими, как Восточная Сибирь, Крайний Север – в крепость Пустозерск в низовьях реки Печоры, среди сырых и холодных тундр. Вместе с ним туда же были отправлены еще несколько авторитетных священников, не поддерживавших новый обряд: Никифор, протопоп Симбирский, Феодор из Благовещенского собора Кремля, Лазарь из города Романова-на-Волге, вологодский монах-отшельник Епифаний. Троим последним еще урезали языки. В Пустозерске духовные вожди старообрядцев были заключены в земляную тюрьму (использовавшийся для содержания под стражей котлован в земле со стенами, обложенными бревнами, и деревянной крышей) на скудный паек.

31 января 1667 г. на престол Патриарха Московского и всея Руси Паисием Александрийским и Макарием как преследовали староверовАнтиохийским был возведен Иоасаф II – еще более принципиальный сторонник реформ, чем инициировавший их Никон. Под его председательством и прошел второй этап Большого Московского собора, окончательно утвердивший все положения нового обряда вплоть до мелочей: троекратное произнесение алилуйи, троеперстное крестное знамение, печатание просфор четырехконечным крестом, проведение крестных ходов против солнца. Собор объявил духовными преступниками всех, кто противится реформам, предписал священников, не признающих новый обряд, лишать сана и проклинать, мирян – отлучать от церкви, пока они не покаются и не согласятся следовать исправленному служению. Также «раскольники» должны были передаваться церковью светским властям для исполнения над ними уголовного наказания как над государственными преступниками.

Начались массовые преследования сторонников старого обряда. Часть первых противников реформ – Иван Неронов, Феоктист, Александр, епископ Вятский, была вынуждена под угрозой репрессий покаяться в своих взглядах и поддержать новый обряд. Однако многие старообрядцы упорно не желали сдаваться. Опальный протопоп Аввакум даже из земляной тюрьмы Пустозерска ухищрялся рассылать по стране призывы к христианам стойко переносить страдания и не поддаваться «никонианской ереси». Пустозерская тюрьма стала по-настоящему первым духовным центром старообрядчества. В знак протеста против решений Большого Московского собора прекратила посещать дворцовые церемонии родственница царицы, вдова знатного боярина Глеба Морозова Феодосия. Она была глубоко вдохновлена проповедями Аввакума, который в 1662 г. жил в ее доме. Сначала посредством заступничества царицы Марии Алексей Михайлович закрывал на это глаза, но после смерти царицы в марте 1669 г. царские сановники стали намекать, что боярыня своим поведением бросает оскорбление самому единственному в мире православному государю. Царь стал отправлять к боярыне послов, которые призывали ее принять новый обряд и вернуться во дворец. Феодосия Морозова на все увещевания давала отказ, ее активно поддерживала младшая сестра Евдокия, жена князя Петра Урусова. В конце концов в ноябре 1671 г. царь приказал арестовать обеих и развезти по разным монастырям Москвы. Вскоре после ареста матери молодой сын Феодосии Иван Глебович заболел, вероятно, от пережитого потрясения, и умер; оставшееся без наследника имение Морозовых было конфисковано в казну. Два брата Феодосии были отправлены в ссылку.

кто такая боярыня морозова

В. Суриков “Боярыня Морозова”

Феодосия Морозова и Евдокия Урусова, однако, продолжали настаивать на своей приверженности к старому обряду и непризнании церковных исправлений, отказывались от причащения у перешедших в новый обряд священников, в том числе сменившего в 1672 г. на патриаршем престоле Иоасафа II Питирима. Они получали письма от Аввакума, который духовно поддерживал их и призывал: «Мучьтесь за Христа хорошенько, не оглядывайтесь назад…». В 1674 г. московский двор, раздраженный подрывающим его авторитет упорством представительниц знатнейших в России семейств, приступил к крайним мерам: обе сестры были подвергнуты истязаниям на дыбе, во время которых их пытались насильно заставить признать новый обряд. Затем по царскому указу их выслали в крепость города Боровск (в современной Калужской области), где заключили в земляную тюрьму. Четырнадцать их слуг, тоже отказавшихся переходить в новый обряд, сожгли в деревянном срубе. Знатных узниц практически перестали кормить, рассчитывая, что голод заставит их признать церковные реформы. Однако осенью 1675 г. от истощения сначала умерла Е. Урусова, потом Ф. Морозова, посчитавши, что смерть лучше отказа от традиционных образцов церковного служения.

В 1676 г. правительственные войска подавили восстание в Соловецком монастыре на северном Поморье, братия которого с самого начала не признала церковные реформы, но который из-за удаленности от российских центров долгое время оставался без внимания верховной власти. Из Пустозерска продолжал рассылать свои воззвания Аввакум, называя реформы антихристианской выдумкой Никона и выражая сожаление, что государь по душевной простоте не смог заметить кощунства никоновских нововведений.

почему казнили протопопа аввакумаВ 1676 г. умер Алексей Михайлович. На престол Московского государства взошел его сын Федор Алексеевич. В 1682 г. Аввакум прислал ему письмо, в котором уже критически отзывался о его отце и о занимавшем в ту пору патриарший престол Иоакиме. «Возведение хулы» на царя и церковь само по себе согласно Соборному уложению 1649 г. было особо тяжким преступлением и каралось смертью. Такое письмо, адресованное царской особе, тем более переполнило чашу терпения московского двора. В апреле 1682 г. 14 лет просидевший в земляной тюрьме Пустозерска Аввакум был вместе со своими заключенными единомышленниками заживо сожжен в срубе.

В апреле 1685 г. царское правительство нанесло заключительный удар по «раскольникам»: указ из двенадцати статей, изданный царевной Софьей – регентшей при малолетних сыновьях Алексея Михайловича Иване и кто приказал казнить старообрядцев раскольниковПетре, предписывал не скрывающих своих религиозных убеждений старообрядцев сжигать в срубах, если после троекратного призыва перед казнью признать новый обряд и церковь они откажутся отходить от прежней веры. Старообрядцев, вынужденно заявивших об отречении от прежнего учения и признании нового обряда, предписывалось заключать в монастыри до полного «исправления», а вернувшихся к старому учению после раскаяния – также сжигать в срубах. Тайно исповедующие старый обряд подлежали битью кнутом и ссылке.

Преследуемые властями старообрядцы, не желая признавать реформы Никона и все больше попадавшую в зависимость от государства церковь, тысячами переселялись из центральных областей России в отдаленные, плохо освоенные земли: на Север, Урал и в Сибирь, в казачьи поселения Юга. Они строили укрытые от посторонних глаз скиты среди таежных дебрей, основывали в местностях, куда не доходили правительственные карательные экспедиции, собственные населенные пункты. В 1694как старообрядцы спасались от преследований г. на реке Выг в землях карел обосновалась старообрядчесткая поморская община во главе с братьями Андреем и Семеном Денисовыми. Здесь сложился Выголексинский старообрядческий монастырь (позже – Выгорецкая обитель), считавший себя законным старообрядческим преемником Соловецкого. Помимо монахов, при нем вплоть до управзднения в 1855 г. селились и семейные старообрядцы. Многие старообрядцы уходили в пределы Речи Посполитой. Старообрядческие поселения появлялись и в предгорьях тогда еще не принадлежавшего России Кавказа – на территории Большой Кабарды.

Преследования властями старообрядцев, то притихая, то разгораясь с новой силой, продолжались вплоть до начала XX в. Постепенно наказания за исповедание и проповедь старой веры смягчались на фоне как общей гуманизации нравов в монархической России, так и вызывавшего невольное восхищение современников стоицизма приверженцев передающегося, несмотря на все попытки церковных и светских властей противодействовать, из поколения в поколение консервативного православия. Издававшиеся в течение двух столетий царские указы то давали старообрядцам ограниченную свободу вероисповедания, признавали право отдельных общин на самоуправление и отправление культа по старой традиции, то вновь усиливали давление на тех, кто не признавал официальную пореформенную церковь, закрывали старообрядческие молельни и общежития. Старообрядчество не изживало себя, главным образом, потому что не признавало или признавало лишь частично практически полностью подчинившуюся с начала XVIII в. государству официальную церковь. Официальная церковь постепенно превращалась в сливавшуюся с государственным аппаратом бюрократическую структуру с характерными для этого оправданием любой политики государства, низкими профессионализмом и образованностью многих священнослужителей, коррупцией и большой ролью личных связей в продвижении по иерархической лестнице. Старообрядческие духовные авторитеты, будучи независимыми от властей и официальной церкви, гораздо больше, чем основная масса пореформенных священников, уделяли внимание различным духовным вопросам, легче устанавливали контакт с народом, чаще и доходчивее вели проповеди. Это, несмотря на подчас очень жестокое давление со стороны государства, постоянно прилекало в ряды старообрядцев новых последователей, глубоко интересующихся духовными темами, недовольных государственной политикой и не находящих утешения в храмах официальной церкви.

В то же время старообрядчество, лишенное возможности обращаться к древним церковным трудам, не имеющее единого лидера, быстро стало дробиться на различные направления. Уже во время самого Раскола – в конце XVII в., среди старообрядцев разделились мнения о необходимости церкви как таковой, в результате чего образовалось два основных течения – поповство и беспоповство.

кто такие старообрядцы

Беспоповцы федосеевского согласия. Енисейская губерния, начало XX в.

Согласно православным представлениям, возводить (рукополагать) людей в сан священника может только высший по положению церковный иерарх, начиная от епископа. Большинство священнослужителей, приверженных старому обряду, были казнены либо заключены в тюрьмы, поэтому некому было рукополагать новых священников для старообрядческой паствы. Наиболее радикально настроенные старообрядцы, категорически отвергавшие законность признавшей реформы Никона церкви, посчитали, что приблизился Конец Мира, и истинная церковь прекратила свое существование. Они образовали течение так называемых беспоповцев, то есть, не приемлющих институт священства. Беспоповцы обыкновенно посвящали свою жизнь духовному совершенствованию, избирая из своей среды наиболее благочестивых, как им казалось, пастырей. Поскольку у них отсутствовало церковное образование, они не могли хранить в письменно фиксированном виде духовные труды и передавали свою идеологию устно от поколения к поколению. Как следствие, их проповедники часто добавляли к ней собственные умозаключения, а многое из первоисточников учения забывали. Среди беспоповцев образовалось особенно много различных толков (согласий), в том числе откровенно сектантских, учение которых отошло очень далеко от православных, и вообще, христианских догм (бегуны, Любушкино согласие и др.). Умеренные беспоповцы, например, последователи Древлеправославной поморской церкви, пришли к выводу, что за отсутствием истинного священства руководить обрядами и совершать таинства дозволено мирянам.

Населенное преимущественно последователями Древлеправославной поморской церкви село Усть-Цильма. Республика Коми, Усть-Цилемский район. Наши дни

Большинство старообрядцев – поповцы, частично признало сугубо сакральный авторитет Русской православной как наследника древнейшей христианской церкви. Отвергая духовный авторитет ее священства вместе с признанными им никонианскими реформами, они все же сочли, что ее иерархи могут формально рукополагать священников. Поповцы искали среди официальных священников низшего ранга не простых исполнителей воли высшего духовенства, а служителей, глубоко задающихся духовными вопросами, после чего тайными убеждениями и диспутами склоняли их перейти вкто такие поповцы и беспоповцы старообрядчество. Такие «перекрещенные» священники руководили обрядами поповцев и были их духовными лидерами. После перехода в 1846 г. в старообрядчество босно-сараевского митрополита Амвросия образовалась собственно старообрядческая церковь – «Австрийское согласие», «Белокриницкое согласие» (ее центр находился в селе Белая Криница в австрийской Буковине). Поскольку ее иерархи имели полномочие сами рукополагать священство, что избавляло последователей «Австрийского согласия» от необходимости «переманивать» священников из официальных церквей, многие российские старообрядцы вошли под ее крыло. В России что такое старообрядческая церковьсложилось ее обширное ответвление – Русская православная старообрядческая церковь, считающая себя преемницей дониконианской русской церкви и ныне являющаяся крупнейшей старообрядческой религиозной организацией. Некоторая часть наиболее умеренных старообрядцев считала действительными службу и таинства, совершенные под руководством официальных священников, и посещала официальные церкви, однако в личном, семейном быту продолжала придерживаться старого обряда, вдохновляться сочинениями противников никонианских реформ. Таких было особенно много среди казаков российского Юга.

Анафема на противников решений Большого Московского собора 1667 г. была отменена Поместным собором Русской православной церкви в 1971 г.

 

мнение редакции может не совпадать с мнением автора публикации

 

4 комментария

  1. Ирина Владимировна

    Ваш сайт, как дополнительный материал к урокам, очень помогает. Но у меня есть пожелание к нему: хотелось бы видеть в конце статей список источников. С искренней благодарностью за ваш труд!

  2. Алек Дюк

    Анафему отменили, но, интересно, как сейчас Церковь относится к старообрядцам вообще?

  3. Андрей Ш.

    !!!Личности!!! Аввакум и боярыня Морозова!

  4. Natalin

    Очень интересно. Спасибо авторам!

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Обязательные для заполнения поля отмечены *

*

три × четыре =