кто не знает прошлого - не оценит настоящего ⌚who do not know the past - will not be able to evaluate the present
Главная » Кавказ » В горах за Тереком: история и культура чеченского народа (часть IV)

В горах за Тереком: история и культура чеченского народа (часть IV)

В период Имамата Шамиля чеченцы, как и другие сопротивлявшиеся экспансии Российской империи горцыкогда чеченцы наиболее успешно воевали с россией Кавказа, достигли наивысших успехов. В мае — июне 1842 г. в горах Ичкерии понесла тяжелые потери и отступила перед намного уступавшим ей по числу горским войском экспедиция, которую возглавлял сам начальник Кавказской линии генерал П. Граббе. В июле 1845 г. была почти полностью разгромлена спланированная при активном участии лично императора Николая I мощная экспедиция в чеченское селение Дарго, где тогда находилась ставка Шамиля, при этом в плен горцам едва не попал сам императорский наместник Кавказа граф М. Воронцов. Только при помощи подошедших в последний момент подкреплений остатки войска М. как чеченцы раньше воевали с россиейВоронцова смогли вырваться из кольца окруживших их воинов Имамата и отступить на Кавказскую линию. Селение Ведено (Ведана) при дороге, ведущей через горы Ичкерии в соседний Дагестан, 14 лет служило столицей Имамата: там располагалась главная резиденция Шамиля. Важным следствием политики Шамиля в Чечне было еще большее, нежели при Мансуре, укрепление чеченцев в исламской религиозной практике, расширение применения исламских норм в быту и общественной жизни. Ислам стал неотъемлемой частью чеченской национальной культуры, через призму исламского учения чеченцы начали смотреть на все окружающее их. Хотя древние обычаи и пережитки языческих верований, несмотря на активную политику Имамата по их искоренению, все равно отмирали медленно.

какую роль играли чеченцы в кавказской войне

Современный вид села Ведено (Ведана). Веденский район Чеченской Республики

Весной 1846 г. Шамиль с войском предпринял поход в Кабарду, надеясь убедить ее население присоединиться к своему государству и, соединившись затем с адыгами Западного Кавказа, в землях которых идеи исламского единства и равенства тоже набирали все большую популярность, образовать сплошной антироссийский фронт по всему Северному Кавказу. Российское командование было встревожено: присяга Шамилю расположенной в средней части предгорно-горной полосы Кавказа Кабарды грозила перекрытием горцами Военно-Грузинской дороги — главного пути из России в Закавказье, где находился центр российского наместничества — Тифлис, где пролегали рубежи Российской империи с недружелюбными Османским Халифатом и Ираном. Однако войска Имамата были уже столь боеспособны и отчаянны, что российская экспедиция, выступившая в Кабарду, чтобы их остановить, не решалась вступать в открытый бой и с мелкими стычками и перестрелками следовала за ними по пятам в то время как Шамиль объезжал кабардинские селения и призывал их жителей целиком покориться исламскому закону и выступить на борьбу против России. Однако слишком широкой поддержки в феодальной Кабарде мюриды не встретили: там уже были весьма прочны позиции русских сил, и население опасалось вступать в открытый конфликт с таким могущественным и скорым на расправу противником; кабардинские князья и дворяне, получавшие от российской администрации поддержку в укреплении своей власти над податным населением, не желали уступать эту ограниченную своими имениями, но все же власть наибам Шамиля. Кроме того, многим кабардинцам было выгодно торговать на российских рынках. Увидев, что лишь немногие кабардинцы готовы выступить на войну, Шамиль увел войско обратно в Имамат. Однако он открыл границы своего государства для кабардинцев, желающих признать верховенство исламского закона. Несмотря на попытки противодействия со стороны российских властей и верных России феодалов, произошло массовое переселение жителей из Кабарды в Чечню, где им была выделена земля и оказана государственная поддержка.

какую роль играл шамиль на кавказе

Кабардинское село Псыгансу. Урванский район Кабардино-Балкарской Республики

Наивысшего могущества Имамат Шамиля достиг к середине 50-х гг. XIX в. Российское наместничество даже на время перестало организовать в горские земли крупные экспедиции, в основном озаботившись усилением Кавказской линии и защитой уже завоеванных границ. Во время очередной русско-османской войны, которая в российской историографии известная как Крымская, армия Имамата вторгалась в уже превратившуюся юридически в обычную российскую провинцию Грузию, где захватывала город Цинандали. Планировалось вести совместные действия с османами, наступавшими с юга, и зажать русские войска в Закавказье с двух сторон. Однако наступление османов в Закавказье оказалось несогласованным, кроме того, в начале войны большинство османских сил было вынуждено само отступить под оказавшимся неожиданно сильным русским натиском. Горцы ограничились тем, что разорили грузинские земли в районе реки Алазани и увезли в Ведено жен и детей двух влиятельных российских военачальников, грузинских князей Чавчавадзе и Орбелиани. Позже за пленных из российской казны был уплачен такой огромный выкуп, что в Имамате обесценились деньги.

Однако буквально за пиком расцвета Имамата Шамиля наступил его необратимый упадок. Как государство почему горцы проиграли в кавказской войнеон был гораздо более развит и сложнее устроен, чем могли в то время «потянуть» кавказские горцы. Безоговорочной личной преданностью Шамилю и религиозному закону отличались только мюриды, основная же масса населения интересовалась больше мирскими заботами и с трудом расставалась с привычным менталитетом, основанным на древних традициях. Привыкшим с детства считать высшим авторитетом старейшин общины горцам тяжело было понять, почему такие важнейшие вопросы как распределение земли, урожая и скота, суда над людьми, войны и мира решают находящиеся еще отнюдь не в почтенном возрасте чиновники-наибы, к тому же, нередко не местные по происхождению, а командированные из совершенно других местностей. Были искоренены разбои и воровство между разными селениями, однако на фоне продолжающейся войны с Россией это было мало заметно: спокойствия все равно не наступило. До Шамиля на горских весельях были обычным делом распитие браги или вина, зажигательные музыка и пляски, и это не считалось пороком: танцевальное искусство, напротив, очень ценилось горцами. В Имамате это, по горским представлениям, очень унизительно стало наказываться: употребление хмельного — публичной поркой, а танцорам вымазывали сажей лицо, сажали задом наперед на осла и возили так по всему селению. И подобные приговоры выносили не признанные всей общиной уважаемые старейшины, а назначаемые властями судьи. После запрещения кровной вражды морально тяжело горцам было и жить как ни в чем не бывало, работать, нести службу бок о бок с людьми из враждебного рода: от этого они чувствовали себя униженными.

Пока горцы вели тяжелые и частые бои с наступавшими на их земли российскими войсками, население еще терпело эти коренные изменения в своем укладе жизни, пыталось к ним приспособиться, как-то перестроить свой менталитет. Даже те, кто категорически был недоволен внутренней политикой Имамата, предпочитали не противодействовать, чтобы сохранить единство перед общим врагом. Но когда, потерпев в горах ряд тяжелых поражений, русские отошли на Кавказскую линию, и в горных районах наступил относительный мир, принципы государственного управления Шамиля все больше становились в тягость для не привыкших еще к жизни в условиях развитой государственности горцев. Способствовало этому и моральное разложение самой выстроенной Шамилем чиновничьей системы: наибы и другие начальники сами происходили из такого же лишь недавно распрощавшегося (и то не до конца) с родоплеменным строем горского населения и подчас плохо представляли себе, что же надо делать с полученной государственной властью, где заканчивается выполнение государственного долга и начинается удовлетворение личных интересов. Наибы начинали использовать служебные полномочия для личного обогащения, превращались в своего рода феодалов, устрашая тех, кто сопротивлялся их злоупотреблением, все чаще ослушивались постановлений имама. Хотя Шамиль систематически проводил «чистки» в государственном аппарате Имамата, смещал наибов и некоторых даже казнил, новые назначенные чиновники вели себя не лучше прежних.

Именно в Чечне стали наиболее широко развиваться оппозиционные к Имамату настроения. Причина была та же самая, по которой чеченцы из всех северокавказских народов наиболее ожесточенно и непримиримо сопротивлялись наступлению России: не до конца разложившийся родоплеменной строй, затруднявший адаптацию населения к условиям централизованной государственности. Чеченцы тяжело переживали потерю привычной независимости тейпов, не понимали, почему надо безоговорочно повиноваться наибам подчас из чужого племени, не знавшим местных традиций, да и не обязательно завоевавшим уважение общины. В их глазах жесткая государственная власть Шамиля начинала выглядеть как потеря свободы, но ведь за свободу они и проливали кровь в сражениях с российскими войсками. И в чеченской среде все чаще вставал вопрос: стоит ли дальше поддерживать Шамиля, является ли его власть лучше российской.

Между тем русская армия и военное руководство научились эффективно действовать в специфических кавказских условиях. Оборона укреплений Кавказской линии была налажена гораздо лучше, чем во времена А. Ермолова, и попытки их штурмовать или осаждать приносили горцам только тяжелые военные потери, но не успех. Горское войско использовало старую тактику противостояния набегам степных кочевников, не приспособленную для выбивания врага из крепостей, а для реорганизации своей армии и приведения ее в соответствие с передовыми европейскими нормами у горцев не хватало ни ресурсов, ни опыта. Российское командование уже хорошо усвоило, что горцев не привести к покорности одной лишь грубой силой, и составлявшие его теперь не присланные из Санкт-Петербурга — российской столицы, генералы с барскими замашками, а ветераны Кавказской армии, чья молодость прошла в войне с горцами, не были так скованы сословными предрассудками, не считали для себя унизительным садиться за стол переговоров с необразованным народом. Нараставшие противоречия в Имамате быстро стали известны российскому генералитету на Кавказе. Зная, что больше всего тяготит горцев, российские представители стали предлагать тем вступить в российское подданство под гарантию сохранения свободы вероисповедания и неприкосновенность внутреннего уклада жизни. Даже традиционно полные боевого духа кавказские народы были уже утомлены продолжавшейся свыше сорока лет фактически непрерывной войной; не было семьи, не потерявшей в боях кого-либо из своих мужчин, а нередко и женщин, и детей; необходимость содержать войско и поддерживать разоренных войной сограждан ложилась на народы тяжким экономическим бременем. Жизнь уже не одного поколения мужчин с самого достижения совершеннолетия была тесно связана с войной, военными походами, обороной от более мощного противника, и война продолжала уносить новые и новые жизни порой едва успевших вырасти людей. И несмотря на все репрессивные меры, которые Шамиль обрушивал на пытавшихся проявить России и ее властям лояльность, вплоть до принудительного переселения нестойких сел подальше от Кавказской линии в глубь страны, все больше общин вступали в тайный сговор с российским командованием.

Активную проповедническую деятельность в Чечне в это время вел Кунта-хаджи Кишиев из тейпа гунхой — кто такой кунта хаджи кишиевпредставитель суфийского течения кадирия, побывавший в Османском Халифате, считавшемся на Кавказе тогда образцом исламского благочестия, и глубоко удрученный открывшимся ему там нравственным упадком. Кунта-хаджи уверял соплеменников, что кавказским мусульманам неоткуда ждать помощи против такой обширной и грозной державы как Россия: страна самого османского султана пребывает в очень плачевном состоянии. Также он критиковал многие не искоренившиеся и при Шамиле пороки горского общества. Кунта-хаджи говорил, что бессилие горцев перед Россией происходит от их недостаточной благочестивости: своей недостаточной смиренностью они отвели от себя милость Бога. Кунта-хаджи призывал соплеменников сохранить свои силы и посвятить свою жизнь усердному поклонению Богу, нравственному совершенствованию, для чего временно покориться Российской империи под выдвигаемые ею гарантии неприкосновенности религии и внутреннего быта. И лишь когда за религиозное усердие придет Божья милость, и горские мусульмане обретут достаточную силу, отвоевать себе свободу. А пока, как говорил Кунта-хаджи, сражаться следует лишь в том случае, если российские власти станут отвращать горцев от их религии и благочестивых обычаев либо бесчестить горских женщин.

Дождавшись, пока выстроенная Шамилем государственная система достаточно глубоко проникнется когда чечня стала российской вошла в состав россииразложением, российское командование повело решительное и планомерное наступление на Имамат. В январе 1858 г. многочисленные войска генерала Н. Евдокимова выдвинулись в направлении так называемой Большой Чечни — чеченские земли восточнее реки Аргун. Поскольку оттуда они могли угрожать столице Имамата Ведено, Шамиль сконцентрировал свои войска в Большой Чечне, для этого отозвав значительную часть сил из Малой Чечни — земель к западу от Аргуна. Неожиданно развернув экспедицию в другом направлении, Н. Евдокимов почти без боев захватил оставшееся под защитой лишь небольшого контингента горских воинов Аргунское ущелье, разделив, таким образом, Чечню на две части. После этого большинство чеченских общин, посчитав дальнейшую войну бесперспективной, объявило о принятии российскогокакие русские военачальники генералы завоевали чечню подданства. Еще год под контролем сил Имамата оставалась Ичкерия со столицей Ведено, однако после медленного, но упорного продвижения российских войск барона А. Врангеля, в ходе которого были разрушены селения Саясан, Аллерой и Шамхал-Берды, 1 апреля 1859 г. этот последний оплот Шамиля в Чечне пал. Сам Шамиль с остатками верного войска ушел через высокогорный перевал Харами в Дагестан. В Чечне сопротивление русской армии продолжали оказывать лишь рассеянные по горам немногочисленные силы наиболее непримиримых воинов. После потери Имаматом Чечни разложение первого единого государства кавказских горцев стало необратимым. В Дагестане, который стремительно занимали русские войска, сами наибы как чечня стала частью россиивступали со вчерашним врагом в переговоры, надеясь сохранить свое имущество и влиятельное положение уже на российском Кавказе. Лишь некоторые селения принимали у себя мюридов и пытались сопротивляться до конца. 25 августа 1859 г. Шамиль, окруженный с небольшим отрядом в укрепленном аварском селении Гуниб, после некоторых колебаний капитулировал перед войсками российского наместника на Кавказе А. Барятинского. Демонстрируя милосердие императора к побежденному врагу, российские власти не стали подвергать кавказского имама жестоким преследованиям: он был выслан с семьей в российский город Калугу и позже с позволения императора Александра II эмигрировал в османскую столицу Стамбул.

После падения Имамата основные стратегические пункты Чечни были заняты российскими войсками, и достаточно активные боевые действия происходили лишь в ее восточной горной части, где продолжали действовать не подчинившиеся решению Шамиля о капитуляции мюриды под руководством наиба Байсангура Беноевского. Весной 1860 г. предпринимавшиеся российским командованием жестокие меры по поддержанию оккупационного порядка привели к массовым народным выступлениям в Чечне. Многие чеченские мужчины, посчитав себя обманутыми данными гарантиями о мире и свободе уклада жизни, вновь вооружались, садились на боевых коней и возобновляли нападения на русские гарнизоны. Особенно широкий размах выступления приняли в жившей прежде «под боком» у Шамиля Ичкерии, где наибы Байсангур, Умма Дуев и Атаби Атаев призывали народ сражаться до конца. В результате развернувшегося на востоке Чечни массового восстания потерпела поражение выступившая в июне на его подавление экспедиция генерала М. Кундухова в урочище Пхачу. Повстанцы во главе с А. Атаевым осадили русское укрепление Вельяминовское, а войск У. Дуева захватило Аргунское ущелье, выбив оттуда русские гарнизоны. Казалось, что Чечня вновь выходит из-под контроля российских сил, и после короткого времени ее покорности возвращаются прежние времена малоэффективных экспедиций в неподвластные России гористые земли. Однако чеченские хозяйства были сильно разорены и истощены войной, большинство боеспособных мужчин уже погибло в предыдущие военные годы, а на подавление восстания Байсангура, У. Дуева и А. Атаева российское командование, прежде чем повстанцы успели увлечь за собой Малую Чечню, поспешило направить мощные силы. Российские гарнизоны располагались теперь и во многих горных селениях, а не только в укреплениях Кавказской линии, что облегчало окружение и преследование горских повстанцев. В январе 1861 г. российские войска разрушили в Ичкерии 15 непокорных селений, выселив их жителей на равнину. Это в значительной степени подорвало материальную базу изолированных в восточных горах повстанцев, после чего движение быстро разложилось. Байсангур, человек уже пожилой и кто такой наиб байсангур беноевскийискалеченный на войне, но крайне непримиримый, продолжал с несколькими сподвижниками партизанские действия в окрестностях своего родового селения Беной. Однако 17 февраля в местности Бена-дук в столкновении с российскими войсками наиб, потеряв коня, попал в плен. Его и четверых его сподвижников, в том числе сыновей Алхузура и Тахира, доставили в русскую крепость Хасавюрт, где над ними состоялся военно-полевой суд. По приговору этого суда 1 марта 1861 г. Байсангур был повешен, а его сыновья и два других сподвижника сосланы в Сибирь. Этими событиями окончательно завершилось присоединение Чечни к Российской империи.

Байсангур Беноевский по-прежнему является самым популярным национальным героем чеченского народа, олицетворяя его историческое упорство и непокорность силе. До сих пор он нем сочиняются стихи и песни, его именем часто называют детей.

мнение редакции может не совпадать с мнением автора публикации

 

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями!

3 комментария

  1. Война всегда трагедия для простых людей и самоутверждение и слава для богатых. Кавказская — не исключение. Шамиль в почетной ссылке, а народу разорение.

  2. Интересно, как сейчас чеченцы относятся к Шамилю?

  3. Не позавидуешь ни чеченцам, ни русским. Одних «присоединяли» силой, других гнали на эту войну в непривычные условия.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Обязательные для заполнения поля отмечены *

*

одиннадцать − три =