кто не знает прошлого - не оценит настоящего ⌚who do not know the past - will not be able to evaluate the present
Главная » Кавказ » История и самобытность: воспитание детей на Кавказе

История и самобытность: воспитание детей на Кавказе

Культура, обычаи, традиции и менталитет любого народа проистекают из особенностей быта в исторических условиях его проживания. Основы их закладываются традиционным воспитанием еще в детские годы, и, естественно, народная педагогика всякого этноса отражает те природные, социальные и политические условия, в которых этот этнос исторически живет.

Кавказ, находящийся на стыке умеренной и субтропической климатических зон, имеет мягкий, теплый и умеренно увлажненный климат, очень благоприятный для хозяйствования. Кроме того, он каким был быт народов кавказа в старинурасполагается на стыке Европы и Азии (Северный Кавказ относится к Европейскому континенту, Закавказье – к Азиатскому), и тысячелетиями через него шли важнейшие торговые пути, в том числе Великий Шелковый Путь. Однако распространенный на большей части территории гористый или круто возвышенный рельеф, обилие в прошлом на многих равнинах топких болот сильно ограничивали площади пригодных для хозяйствования земель. А постоянные атаки войск различных завоевателей, стремившихся завладеть «воротами из Азии в Европу», бесконечные военные тревоги оставляли жителям Кавказа мало времени заниматься хозяйством.

Сильная расчлененность рельефа в старые времена, когда не было ни автомобильного транспорта, ни оборудования для строительства удобных дорог, препятствовала и сообщению людей между собой: родовые общины и племена жили в разных долинах, отделенных одна от другой крутыми горами, и связывались друг с другом от случая к случаю. В таких условиях не могло происходить прочной консолидации народа, формирования сильных, устойчивых государств. Поэтому на Кавказе так много коренных народов, говорящих на разных языках: исторически каждая община развивалась в значительной мере самостоятельно, без влияния других племен и народностей. Каждой из них приходилось не только в поте лица трудиться, добывая себе пропитание и не ожидая  откуда-либо помощи (не было государственности – значит, не было и социальной поддержки), но и исключительно своими – малыми, силами отражать грабительские и завоевательные походы врагов.

По этой же причине на Кавказе очень долго сохранялась сильная родовая власть, то есть, власть какой общественный строй был на кавказе в старинустарших – более опытных, людей в родовой общине, которым беспрекословно подчинялся весь остальной род. До XIX в. не существовало даже частной собственности на землю: пастбища для скота, хлебные поля, сады принадлежали всему роду, и родовые старшины постоянно перераспределяли их между его семьями, исходя из их нужд. Чем больше была семья, чем больше было в ней едоков, тем больший земельный надел она получала от рода. Когда сыновья женились,что ценилось в человеке на кавказе семья распадалась, род разделял большой надел и распределял новые – уже небольшие, участки между новыми семьями, а если в семье не оставалось наследников, то забирал ее долю и передавал другим нуждающимся семьям. А традиционное кавказское воспитание подрастающих поколений было направлено, прежде всего, на то чтобы вырастить упорного, целеустремленного, стойкого и отважного человека, который мог бы при необходимости довольствоваться малым, но и сумел бы извлечь максимальную выгоду из имевшегося у него клочка земли, защитить плоды своего кропотливого труда от вражеского посягательства. А также умел бы беспрекословно подчиняться возглавлявшим род старейшинам, вовремя прийти на помощь нуждающимся или попавшим в беду другим членам своего рода. На Кавказе исстари примерно одинаково уважались как индивидуалистские (предприимчивость, инициативность, защита собственности и частной жизни), так и коллективистские (субординация в обществе, взаимопомощь) ценности.

Важнейшей особенностью традиционного кавказского воспитания и менталитета является стремление к самосовершенствованию, которое должно сохраняться в течение всей жизни человека. Человек как бы находится в состоянии своего рода состязательности по отношению к другим людям, к другим общинам, ко всему миру. Он должен стараться быть достойнее, праведнее, мудрее, удачливее других, то есть, стараться обогнать всех во всех отношениях (пожалуй, такое же воспитание получали античные воины). С одной стороны, может показаться, что такая черта менталитета должна привести к бесконечным спорам и вражде, однако кавказец стремится быть первым как в жизненном благополучии или справедливости суждений, так и в умении мириться с чужими недостатками и милосердии к ближним. То есть, человек соревнуется во всем с другими не ради конечного результата, а ради самого процесса самосовершенствования, и не жизненный достаток или превосходство над окружающими еще в чем-то сами по себе считаются показателями достоинства, а сам факт стремления к ним. Это традиционное стремление к лучшим результатам во всем: от банального заработка средств на жизнь до своего нравственного облика, у чеченцев и ингушей, в частности, называется «яхь». Там говорится: «Пусть не родится на свет ни мальчик, ни девочка, у которых в сердце нет яхь». В связи же с сильными коллективистскими традициями кавказцы не ограничиваются стремлением к совершенствованию только себя. Кавказец стремится, чтобы самой успешной, дружной и воспитанной была его семья, чтобы самым процветающим и уважаемым был его род, чтобы самой достойной и прекрасной была его нация, а его религия находила наибольший отклик в сердцах всех людей.

Прививать стремление к самосовершенствованию кавказским детям традиционно начинали очень рано, едва только они начинали что-то соображать. Кавказские народы щедры на ласку к детям своих как относились к детям на кавказеродственников, знакомых, соседей, а женщины, само собой, и к своим детям. Этим подчеркивается принадлежность ребенка к своему обществу и создает ему ощущение поддержки и защищенности, необходимое для стремления к познанию мира, побуждает к совершению одобряемых окружающими действий. Но если просто приласкать ребенка мог в любое время кто угодно (кроме отца, о чем речь будет ниже), то именно хвалить его было принято только за какой-то положительный поступок (пусть даже самый незначительный). Гладили по голове детей просто «за то что они дети», а похвалу, слова «хороший (-ая) мальчик/девочка, дорогой(-ая) сынок/дочка» в свой адрес ребенок мог услышать только выполнив какое-либо поручение старших, поделившись с другими детьми чем-то вкусным или игрушкой, показав успехи в учебе и др. Стремясь снова услышать похвалу, необходимую для развития самооценки, в свой адрес, ребенок старался совершать больше и больше поступков, за которые его похвалили бы. Если взрослые, занятые своими делами, вовремя не замечают хорошего поступка ребенка, тот нередко начинает открыто указывать на убранную комнату, накормленную домашнюю птицу или выигранное состязание с другими детьми, чтобы услышать заслуженное словесное вознаграждение.

Важное место на Кавказе уделяли воспитанию самостоятельности детей, без которой не могло идти и как в старину учились ремесламречи о каком-то самосовершенствовании. Так же как и стремление к лучшему, самостоятельность начинали взращивать едва ли не с первых шагов ребенка. У народов Кавказа не было принято ограждать маленьких детей от помощи старшим по домашним и другим хозяйственным делам. Пытаясь подражать взрослым, уже трехлетние дети хватали, к примеру, веник и пытались мести пол в доме, за что получали только поощрение от родителей и других старших членов семьи. Если малыш не мог как следует подмести пол, то это потом могли сделать старшие, но никто не останавливал проявившего самостоятельность ребенка, поскольку считалось, что иначе тот не привыкнет к труду. Постепенно дети, подражая старшим, серьезно втягивались в хозяйственные работы, и по мере их сил и возможностей на них уже ложились определенные обязанности. Девочки помогали взрослым женщинам в домашних делах, мальчики – отцам и другим старшим в семье мужчинам пасти скот, оказывали подручную помощь на полевых и садовых работах, собирали растопку для очага и т.д. Собственно, так на Кавказе, как и во всех традиционных обществах старины, и происходила передача необходимых для выживания хозяйственных навыков от поколения к поколению. Лень, недобросовестность в выполнении трудовых обязанностей непременно осуждались, осмеивались, наказывались.как в старину дети учились хозяйственным работам

Мальчиков сызмальства приучали к жизни в условиях постоянных военных тревог. По адыгскому обычаю в пять лет ребенку из аристократической семьи дарили лук и стрелы как символ его будущего предназначения (знать занималась только военными походами, и сельскохозяйственные работы или торговля считались аристократам не к лицу); французский писатель А. Дюма в своих записках о пребывании в лезгинском селении (Дагестан) сообщал о вооруженных боевыми кинжалами детях, «таких, которым у нас (во Франции, — ред.) ножа в руки не дают… чтобы они себя не ранили». Мальчики из горного адыгского племени абадзехов в семь лет начинали ходить со своими отцами на охоту, где учились метко стрелять из ружья по летящей дичи. Кавказские стрелки в старину славились своей исключительной меткостью. Мальчиков специально учили хорошо маскироваться среди окружающей местности, незаметно подкрадываться к врагу, использовать различные боевые и тактические приемы. Особенно это было характерно для знатной среды. Нередко боевое искусство было по сути единственным, чему обучались дети князей, ханов и дворян, зато овладевали они этим в совершенстве, которому позавидовал бы сегодняшний спецназ. Еще слабые дети учились меткости, стреляя из лука по домашней птице и мелкому скоту крепостных людей своего отца. Подростков из аристократических семей их воспитатели отправляли по ночам упражняться в хитрости и ловкости, похищая скот и другое имущество у подданных их родителей. Понятно, что в случае обнаружения «благородный вор» не был бы тогда убит или избит, подданные смиренно просили бы вернуть похищенное назад, но все равно попытка похищения считалась бы сорванной, и тренирующаяся молодежь прилагала все усилия, всю сноровку, чтобы остаться незамеченной. А умению ездить верхом на лошади обучались дети всех сословий уже в первые годы жизни.

Подготовка к суровым военным будням выражалась не только в обучении владению оружием и тактическим приемам. Мальчиков приучали терпеливо переносить боль, усталость, холод и голод, сурово пресекая проявления слезливости, жалоб, нетерпения. Уже с довольно раннего возраста их начинали брать в тяжелые дальние поездки, на пастушеские стойбища высоко в горах, где на них накладывались определенные хозяйственные обязанности. Детей из знатных семей чаще всего передавали на воспитание опытному воину простого происхождения – аталыку, где они росли в как на кавказе воспитывались дети из знатных семейпростой обстановке и были обязаны во всем повиноваться своему наставнику, как и родные дети того, не пользуясь никакими поблажками из-за своего происхождения. Только что они не занимались хозяйственными работами, а под руководством аталыка при строгой дисциплине (а дисциплина в прошлом совсем не похожа на то, что мы требуем от детей сегодня) овладевали воинским искусством. По достижении совершеннолетия они возвращались в родительский дом, но обычно оставались всю жизнь духовно привязанными к аталыку больше чем к родному отцу. От мальчиков требовалась готовность защитить свою честь и достоинство, защитить своих братьев и сестер. Считалось плохим тоном, если ребенок искал защиту в драке у родителей, хотя потасовки между детьми взрослые всегда пресекали. Если ребенок оказывался несправедливо обижен другим ребенком, его родители не разбирались с самим обидчиком, а обращались за разъяснением к родителям того, при этом недоразумение разрешалось обычно без присутствия детей. Если же сами дети считали конфликт исчерпанным (оба считали себя победителями в драке и т.п.), то взрослые обычно не вмешивались. К мальчишескому озорству на Кавказе относились терпимо, поскольку оно считалось проявлением необходимого мужчине активного, предприимчивого и рискованного духа. Правда, при этом существовали и строгие ограничения: нельзя было подшучивать над старшими, играть там, где собралась компания старших, шалить в святых местах (мечеть, церковь, кладбище) и комнатах, предназначенных для приема гостей.

Из девочек стремились воспитать хороших домохозяек и умелых рукодельниц. Девочки сызмальства как воспитывали девочек на кавказевсюду ходили за старшими женщинами в семье, подражая им, пытались выполнять домашние работы и постепенно так и привыкали к хозяйствованию. Становясь взрослыми, они уже не могли спокойно переносить беспорядок в доме и торопились его устранить. С малых лет девочке давали вязальные спицы или иголку с ниткой, и на досуге она занималась рукоделием. Особенно старательно обучали рукоделию девочек из знатных семей, которых обычно отдавали на воспитание пользующейся доверием семьи благовоспитанной женщине из простого народа. Девочек тоже приучали к терпеливости, умению стойко переносить неприятности и лишения, но менее строго, чем мальчиков. Однако по сравнению с мальчиками девочки были окружены целым набором запретов и правил этикета. Если подвижные игры и детские исследовательские изыскания мальчиков поощрялись, то девочки должны были постоянно следить за целостностью и чистотой своей одежды, что, конечно, сильно ограничивало подвижность, стараться тихо себя вести перед старшими, а лазить по деревьям и скалам считалось совсем недевичьим занятием. Конечно, от девочек не требовали совершенного хождения по струнке, не запрещали вовсе участвовать в подвижных играх, но их с раннего возраста приучали, что «женщина должна знать свое место».

Девочек чаще, чем мальчиков, заставляли заниматься домашними делами, предъявляли требования к качеству выполненной работы. По сравнению с девочками, мальчики будто «отдыхали» перед предстоящими тревожными буднями взрослой жизни, сельским трудом и военными походами. В то же время женское достоинство оберегалось от постороннего посягательства гораздо ревностнее мужского. Братья защищали сестер больше, чем друг друга, и уже на оскорбительные слова, сказанные в адрес сестры, непременно следовало ответить физическим ударом. По традиционным кавказским представлениям, грубо или презрительно отзываться можно было только о падшей женщине (пришедший от времен эпохи матриархата менталитет, свойственный многим народам, у которых сохранились пережитки родоплеменного строя), поэтому оскорбление женщины было равносильным признанию ее таковой и требовало отмщения со стороны ее родственников.

Особое значение в воспитании уделялось строгой субординации младших перед старшими, женщин какими были отношения между взрослыми и детьми на кавказеперед мужчинами. Так формировалась традиционная для обществ с сильным родовым влиянием привычка беспрекословно подчиняться старейшинам рода. В семье главным авторитетом был старший мужчина. Если у главы семейства были живущие в его доме сыновья, уже имеющие своих детей, то он имел над внуками большую власть, чем их собственные родители. Он имел право указывать своим сыновьям, как им воспитывать их же детей, и в спорных ситуациях между родителями и детьми был высшей инстанцией, решение его было законом для всех домочадцев. Учитывая знаменитое кавказское долголетие, таких семей на Кавказе было немало. Способствовало сохранению этой традиции и то, что из-за малоземелья, от которого в старину страдали все народы Кавказа, многие взрослые и обзаведшиеся собственными семьями мужчины не торопились покидать отчий дом, предпочитая после смерти отца разделить между собой его имущество. До присоединения Кавказа к России глава кавказской семьи подобно древнеримскому патерфамилиасу имел почти неограниченную власть над своими домочадцами, даже мог продавать их в рабство, и никто не имел право отделяться от семьи без его разрешения. Исключение составляли только чеченцы и ингуши, у которых особенно сильно сохранились традиции родоплеменного строя: там каждый человек принадлежал только своему роду, и, несмотря на тоже строгие патриархальные порядки в семье, каждый мужчина, способный носить оружие, имел право по своему усмотрению покинуть отчий дом. Покинувший семью отца мужчина становился полноправным членом своего рода и лично нес свои обязанности перед тем.

По всему Кавказу положение ребенка в обществе было таково, что младшие были обязаны первыми приветствовать старших, вставать при их появлении. Дурным тоном было появиться перед старшим в неаккуратном или непристойном виде. Без особой необходимости не было принято первым обращаться к старику, но требовалось отвечать на все его вопросы. Дети могли чувствовать себя раскованно только в присутствии людей преклонного возраста из своей семьи, рядом с посторонними же стариками они не могли садиться без приглашения, играть или громко разговаривать. Особенно строго этикет общения со старшими соблюдался в знатных фамилиях. Традиционные знаки уважения оказывались старшим как мужчинам, так и женщинам. В свою очередь, в среде людей старшего поколения было принято снисходительно относиться к младшим, уделять внимание своим и чужим детям, делиться с младшими накопленным за годы жизни опытом и интересными историями. В семье именно бабушки и дедушки больше занимали досуг детей придумыванием игр, рассказыванием сказок, обучением какому-нибудь нехитрому мастерству. Перед младшими детьми высоким авторитетом пользовались старшие братья и сестры. Старшие не только защищали младших в драках, но и являлись для младших по сути заместителями родителей, когда тех не было рядом. Старшие дети разрешали споры между младшими братьями и сестрами, следили за тем, чтобы они выполняли то, что было им приказано родителями. От пола здесь мало что зависело: младший брат должен был слушаться старшую сестру. В то же время младшие дети могли жаловаться родителям на несправедливое отношение со стороны старших.

Помимо субординации перед старшими, с традиционно сильной родовой властью был связан обычай приучать детей к строгому выполнению всех наложенных на них обязанностей. В повседневные обязанности мальчиков могло входить кормление домашней живности, присмотр за мелким скотом, содержащимся на подворье, сбор сушняка и кизяков для растопки очага и прочие не требующие какими были отношения между младшими и старшими на кавказеособых затрат сил дела, а там, где были школы – еще и учеба. Девочки вытирали пыль и окна в доме, чистили одежду и посуду. И, естественно, существовали запреты, обеспечивавшие безопасность детей (без разрешения не отходить за определенную черту от селения, без присмотра старших не упражняться в верховой езде на опасных местах, не играть с оружием и т.п.). Если к поведению мальчиков на досуге не предъявлялось особых требований – лишь бы сохранялась субординация перед старшими и не совершались какие-либо совсем неблагопристойные поступки, то выполнять установленные обязанности или запреты в равной степени неуклонно должны были дети обоего пола. Уклонение от обязательных дел или нарушение запретов по лени, небрежности, забывчивости или озорству строго наказывалось. Это касалось как детей простого народа, так и детей из знатных семей, разве что обязанности последних были иными: добросовестно выполнять учебные задания своих аталыков.

На Кавказе традиционно использовался довольно широкий набор средств стимулирования должного поведения детей. Имевшим первостепенное значение способом считался личный пример старшего. Взрослые при детях, в особенности своих, особенно тщательно старались соблюдать принятые в обществе нормы поведения, усерднее трудились, демонстрировали выдержку характера, проявляли милосердие к слабым, больным, нуждающимся. При этом нередко ненавязчиво предлагали и детям тут же поступить так же, например, убирая с дороги способные поранить людей или животных предметы, взрослый нарочно просил помочь ему находящегося рядом ребенка, хотя вполне мог бы справиться с этой работой и сам. Говорилось: «У хорошего отца не может быть плохого сына» и «Где нет хороших стариков, там нет хорошей молодежи». Детям активно ставили в пример их родителей, других детей, часто заслуживавших похвалы старших, уважаемых за личные качества соплеменников. И в кавказском фольклоре очень широко распространен образ идеального героя, равного которому по силе, боевому искусству, справедливости и альтруизму нет никого. У каждого кавказского народа по нескольку таких сказочных богатырей, которые должны были служить примером подрастающему поколению.

Основным методом поощрения являлась публичная похвала. При этом хвалился как поступок, так и личность совершившего его ребенка. Похвалу старались произнести в присутствии других детей, побуждали тех тоже следовать примеру того, кого хвалили. Воспитывалась высокая значимость общественного мнения. Если ребенка хвалил один взрослый, то другим следовало тоже согласиться с этим. За особые хорошие поступки, положительное поведение в течение длительного времени могли применяться как поощрение поездка с ребенком туда, где ему было интересно (например, на дальнее пастушье стойбище или к родственникам в другое селение), награждение подарком (игрушка, предмет одежды, домашнее животное, для мальчиков – холодное оружие) или деньгами.

В качестве методов наказания детей чаще всего применялись строгое замечание или выговор, которые тоже старались произнести в присутствии других детей. При этом часто провинившемуся ребенку советовали взять пример с того, кто ведет себя подобающим образом. Однако порицался, как правило, только поступок – не личность самого ребенка. Значимые проступки наказывались также запрещением на определенный срок каких-либо развлечений (садиться на лошадь, играть там, где особенно интересно), поручением внеочередных дел по хозяйству, а также запиранием в подсобном помещении, в теплое время года – запрещением ночевать в доме. Самой строгой мерой воздействия считалось телесное наказание, которое воспринималось в обществе как неотъемлемый способ привлечения непослушных детей к порядку. Его применял и простой народ, и аталыки по отношению к своим воспитанникам из знатных семей. Адыгская поговорка гласила: «Нога коровы теленка не убивает», чеченская: «Бей, пока не уйдет за Кубань» (т.е., полностью не оставит привычку ослушиваться).

Однако если на Восточном Кавказе и в Закавказье телесное наказание детей достаточно часто применялось как за исключительные, так и за вполне обычные проступки, то у народов Западного Кавказа (адыги, абхазы) его применяли, как правило, лишь как последний способ навести дисциплину, когда все другие способы были исчерпаны. На Западном Кавказе ударить своего ребенка в присутствии других людей считалось плохим тоном: это как бы демонстрировало плохие качества родителя как воспитателя, раз по-другому он не может заставить ребенка слушаться. Эпизодические шлепки и подзатыльники чаще применяла мать, старшие братья и сестры, серьезное наказание ремнем или розгами – обычно отец. Некоторые родители в особых случаях угрожали ребенку убийством, которого в древности, исходя из глубоких патриархальных традиций кавказских народов, могли быть вполне реальные основания опасаться.

Для предотвращения повторных нарушений дисциплины у маленьких детей, тем также предоставлялась возможность полностью прочувствовать неблагоприятные последствия своего проступка. Например, могли не утешать ребенка, который ушибся, играя в запрещенном для этого месте, мотивируя, что «сам виноват».

Маленьких детей к соблюдению установленных запретов также побуждали с помощью устрашающих как жили на кавказе в прошлые столетиясказок. Например, в годы Кавказской войны адыги часто пугали малышей именем российского генерала А. Вельяминова, чтобы те не забавлялись с оружием. Детям предпочитали не говорить, что оружие опасно само по себе, чтобы не выработать у них несовместимый с будущей жизнью воина навязчивый страх перед ним. Им говорили, что «генерал увидит оружие и сразу придет с войском грабить и убивать людей». На основе этого детского устрашения впоследствии сложилась народная драматичная песня «Дети, не играйте шашкой», дошедшая и до наших дней. Побуждали детей к послушанию старшим и приводя изречения из религиозных текстов, предписывающих это.

Религия всегда имела очень большое значение в кавказском обществе. В глубокой (а на Западномкакие религии распространены на кавказе Кавказе – и не такой глубокой) древности кавказские народы исповедовали языческие религии, связанные с одухотворением сил окружающей природы, довольно сходные с языческими верованиями народов Европы. Дошедшие до нас средневековые источники отмечают глубокую приверженность кавказцев своим верованиям, которые во многом определяли течение их повседневной жизни. В течение средних веков на Кавказе широко распространились мусульманская и христианская религии, почти полностью вытеснив древнее язычество. Единобожные религии также стали оказывать сильное влияние на быт и традиции кавказцев. Однако религиозное сознание народов Кавказа часто прочно перемешивалось с этническими традициями и убеждениями, и непросвещенный народ  даже не всегда мог четко отделить собственные народные обычаи от религиозных предписаний. В значительной степени религия воспринималась людьми лишь как часть народной культуры, хотя и очень важная.

С конца XVIII в. среди мусульманских народов Кавказа стали распространяться идеи чистого исповедания Ислама, выведения религии на первое место в общественном сознании, отвержения противоречащих его догмам народных обычаев (в частности, кровной мести, увеселений с музыкой и распитием хмельного). Эти идеи в силу религиозности населения всегда находили широкий отклик в среде разных народов, но в то же время многие оказывали им активное сопротивление, чему причиной была патриархальная консервативность кавказцев, их нежелание оставлять привычные традиции и уклад жизни.

С религией связано распространение образованности среди кавказских народов. В христианском Закавказье издревле существовали церковно-приходские школы. В Азербайджане и Дагестане, где Ислам распространился еще в VIIIв., практически каждый мальчик имел возможность изучать основы исламского вероучения и таджвид – правила чтения Корана, в начальных школах при мечетях. Действовали и медресе, дававшие более глубокий уровень религиозного и правового знания. В период Кавказской войны обязательное начальное образование в мусульманских школах было введено для мальчиков в Имамате Шамиля и зависимом от него адыгском государстве Мухаммеда-Амина.

После присоединения Кавказа к России начальные исламские школы стали учреждаться в очень каким было образование на кавказе в старинумногих мусульманских селениях при содействии российского государства, правда, наряду с общими знаниями там проповедовалась лояльность и преданность российскому императору. Тогда же ограниченную часть детей мусульман стали принимать в открывшиеся на Кавказе светские школы. После Революции, когда к власти пришла политическая партия большевиков и установления на Кавказе Советской власти все религиозные школы были закрыты, вместо них повсеместно были учреждены светские, а общее образование стало обязательным для детей всех народов и вероисповеданий, независимо от происхождения. Советские школы давали невиданный ранее на Кавказе уровень образования, однако в них все было наполнено пропагандой марксистско-ленинских идеалов и восхвалением правящей партии.

В мужской среде на Кавказе был распространен обычай избегания семьи. Мужчине было не к лицу в присутствии других людей заговаривать с женой или не достигшими совершеннолетия детьми и уж тем более проявлять к ним знаки симпатии или ласки. Это считалось признаком постыдной для воина невыдержанности, кроме того, на Кавказе полагали, что лаской на людях можно распустить детей. Это не значило, что отец вообще не мог проявлять чувств к своим детям, им, напротив, внушалось, что никто так не заинтересован в их благополучии, как отец и мать, однако заниматься со своими детьми мужчина мог только без посторонних глаз. Даже его собственные родители не должны были видеть, как он играет со своими детьми или ласкает их. Поэтому обыкновенно дети очень ценили отцовское внимание. Только уже будучи в почтенном возрасте, мужчина мог несколько более свободно проявлять свои чувства в отношении детей, поскольку за свою прожитую жизнь уже стойко показал себя как мужественный и достойный воин, и мог не бояться, что его вдруг сочтут слабым.

Однако недостаток внимания со стороны отца по отношению к детям компенсировался вниманием других взрослых членов общины. На Кавказе не существовало в полном смысле слова чужих детей. За безопасность и воспитание ребенка фактически нес ответственность любой взрослый, находившийся в непосредственной близости от него. Дети никогда не оставались без присмотра, любой близкий или дальний родственник, просто односельчанин, имея свободное время, мог подойти к группе детей, чтобы рассказать им что-нибудь, чему-нибудь научить. Конечно, больше всего воспитанием детей занимались старшие члены их семьи, но по мере возможностей и необходимости к воспитанию подключалась вся община. Все ее взрослые члены могли заниматься со всеми ее детьми, обучать их чему-либо, контролировать поведение, поощрять и наказывать. Любой взрослый мог приказать ребенку выполнить какое-либо мелкое поручение, например, что-то кому-то передать или сообщить.

В целом, характерной особенностью традиционного кавказского воспитания было (и остается) приучение детей к самостоятельности в быту и проявлению инициативности, но под строгим контролем старших, чтобы ребенок не подверг себя опасности по неопытности, не стал бы ленивым, не испортился в моральном плане. Такая система (с одной стороны, побуждение к самостоятельности, с другой — строгий контроль взрослых) порождает у подростков обычно скрытую, но сильную реакцию эмансипации, отчего, получив, наконец, свободу от родителей молодые люди сразу стремятся реализовать себя в жизни и доказать другим и себе лично, что они в состоянии достойно жить вне родительского крова.

Следует отметить, однако, что не все традиции кавказского воспитания во все времена приносили только пользу народам Кавказа. Так, именно стремление превзойти всех и вся, достичь лучших результатов во всем, хотя и способствовали тому, что кавказцы упорно сопротивлялись всяким попыткам навязать им чуждую власть и непривычные ценности, но веками препятствовали прочной консолидации не только разных наций, но и разных племен одного этноса. Повиновение любой сильной власти предусматривает отказ от каких-либо привычек, в чем-то сковывает личную инициативу. А это препятствовало самому главному, чего требовал кавказский менталитет – неограниченному самосовершенствованию. Поэтому на Северном Кавказе, где этот менталитет выражен в самой классической форме, за всю его историю ни разу не сложилось собственного сильного государства: люди желали повиноваться своим правителям лишь до тех пор, пока политика тех во всем отвечала их собственным взглядам и интересам, пусть даже вступала в противоречие с интересами государства в целом. Из-за политической разобщенности, нежелания разных общин объединяться под единой властью мусульманские народы Кавказа после более чем сорокалетнего упорного сопротивления проиграли Кавказскую войну, хотя в начале 40-х гг. XIX в. в какой-то степени были близки к победе.

В настоящее время под влиянием облегчающих повседневную жизнь благ цивилизации, в корне других, нежели в старину, социальных отношений традиционная кавказская культура во многом разрушена. То же касается и традиционных принципов кавказского воспитания. В частности, в прошлое уходит обычай мужчин избегать прилюдного общения с детьми: теперь многие, особенно городские жители и религиозные люди, не считают чем-то предосудительным приласкать своего ребенка в присутствии посторонних. Традиции коллективного воспитания детей тоже уже отнюдь не так сильны, как прежде (хотя обыкновенно взрослый вмешается, увидев, что ребенку, пусть и постороннему, нужна помощь, и наверняка сделает замечание детям, нарушающим общественный порядок, попытается пресечь опасные для их жизни игры). Существуют и семьи, где воспитание детей уже приобретает неблагополучные черты: как такие, где ребенок находится в центре всей жизни, и все направлено на удовлетворение его желаний (этакий ребенок на троне), так и тиранические, где основным средством воспитания являются окрики и побои. Это связано с исчезновением былого общественного контроля, падением традиционного авторитета общественного мнения, прекращением равнения на традиционные идеалы. Тем не менее, в значительной степени кавказские педагогические традиции все равно продолжают жить, поскольку Кавказ остается регионом с весьма специфическими природными условиями, особенностями экономики и хозяйства и, как следствие, укладом жизни исторически населяющих его народов. Поэтому народы Кавказа по-прежнему стойко сохраняют свой этнический облик.насколько сегодня соблюдаются кавказские обычаи и  традиции

мнение редакции может не совпадать с мнением автора публикации

 

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями!

20 комментариев

  1. Статья заставляет задуматься о воспитании моего собственного ребенка. Возможно на Кавказе слишком суровая дисциплина, но некоторые принципы воспитания я обязательно приму к сведению!

  2. Статья хорошая, спасибо автору и этому сайту . Сам с Кавказа и мне интересно читать ,знаю историю своего народа и историю страны нашей.

  3. По-моему, отличные принципы воспитания. Не помешало бы и современным родителям кое-что позаимствовать.

  4. До настоящего времени кавказцы должным образом почитают старших. Любой взрослый в случае недостойного поведения ребенка может сделать ему замечание. Подкупает и воспитание лидерства. Наверное, это позволило даже маленьким народам не ассимилироваться, а сохранить свою самобытность.

  5. Какое бы отношение не было, но величие самостоятельной культуры отрицать нельзя, к суровым условиям смогли приспособиться лишь сильные.

  6. Читая статью, невольно задумалась о том, как жаль, что современные педагоги доносят до учеников историю «сухим» и неинтересным языком. видимо поэтому я так не любила историю в школе.
    очень интересная статья, нашла вопросы на многие свои вопросы

  7. Анна Пяткина

    На Кавказе детей воспитывали по самым лучшим понятиям. Тут очень ценилась дисциплина и считалось, что очень важно самоушевернствоваться. Я очень уважаю отношения кавказцев к воспитанию из детей лидеров по жизни.

  8. С точки зрения современного человека общество и устройство семьи, даже воспитание детей Кавказа выглядит утопически-идеальным. Сейчас нам остаётся лишь находить в их культуре и учениях что-то действительно полезное для нас и даже чему-то учиться.

  9. Довольно жесткая система воспитания, очень приближена к спартанскому воспитанию в Древней Греции. Но все же мне больше нравится воспитание более мягкого характера.

  10. Послушание старших — это и сейчас вернуть бы, меньше шишек набивали бы по молодости и глупости.

  11. Приближенно так же воспитывали все народы своих детей, но какие-то раньше других «окунулись» в цивилизацию и стали похожими одни на другие, а какие-то сумели сохранить устои, и влиться в современный мир с ними или частью их.

  12. Мне нравится их традиция не бежать с утешениями к маленькому. По крайней мере, не вырастают нытиками, как наши.

    • А все от того, что больше самостоятельности дают детям. Сделал не так — отвечай за свой поступок сам.

  13. Все так. Спасибо за статью — сам скучаю по Кавказу. Тревожно, что забываем свои традиции.

  14. Кавказцам можно позавидовать, они очень ценят и соблюдают свои традиции. Не то что мы….

  15. Прогресс с одной стороны хорошо, а с другой детям уделяется меньше внимания и подрастающее поколение сейчас иное. Меньше уважают старших и прислушиваются к их мнению. На Кавказе еще стараются сохранить свой этнический облик и свои традиции.

  16. Я считаю, что такое воспитание правильное решение, но если это традиция, то никуда от этого не деться.

  17. Горячая кавказская кровь берет своё начало ещё с тех времен, и менталитет и обычаи и характер всё складывалось в соответствии с теми условиями в которых проживали эти народы. И хорошо что об этом так подробно и интересно расписано!

  18. Так вот откуда «кавказский менталитет»! Воспитание на Кавказе не отличалось от воспитания детей других народов. Другие скорее окунулись в светскую жизнь исключительно потому что не были отгорожены горами. Но идентичное воспитание было и по «Домострою»!

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Обязательные для заполнения поля отмечены *

*

один × 5 =